Четырнадцатый Час

Четырнадцатый Час

с 6 до 7 утра.

Иисус снова перед Каиафой,

который подтверждает смертный

приговор и отправляет Его к Пилату

Мой скорбный Иисус, Ты вышел из темницы; Ты так измождён, что спотыкаешься на каждом шагу. Я хочу встать рядом с Тобой, чтобы поддержать Тебя, когда Ты вот-вот упадёшь.

Но я вижу, что солдаты приводят Тебя к Каиафе, и Ты, о, мой Иисус, снова выделяешься среди них, как Солнце, и несмотря на то, что они обезобразили Тебя, Ты распространяешь Свой Свет повсюду. Теперь я вижу, что Каиафа очень рад видеть, что Ты так унижен. Но сияние Твоего Света ещё больше ослепляет его, и в своей ярости он снова спрашивает Тебя: «Так неужели Ты действительно истинный Сын Божий?»

И Ты, Любовь моя, с Высочайшим Величием даруешь им благодать Твоего Слова и Твоим обычным сладким и волнующим тоном, таким, что приводит сердца в восторг, отвечаешь: «Да, Я – Истинный Сын Божий».

И враги Твои, хотя и чувствуют внутри себя всю силу Твоего Слова, душат в себе это чувство и, не желая знать ничего другого, в один голос кричат: «Он виновен и заслужил смерть, Он виновен и заслужил смерть!»

Каиафа подтверждает смертный приговор и отправляет Тебя к Пилату. И Ты, мой осуждённый Иисус, принимаешь этот приговор с такой Любовью и покорностью, что почти забрал у несправедливого Понтифика необходимость решать Твою судьбу.

И этим Ты Искупаешь и Восполняешь за все грехи, совершённые умышленно и злонамеренно, и за тех, кто вместо того, чтобы сокрушаться о совершённом ими зле, ликуют и радуются самому греху, и это ослепляет их и душит в них посылаемую им благодать. Моя Жизнь, Иисус, Твои Искупления и молитвы отзываются эхом в моём сердце, и я искупаю и молюсь вместе с Тобой.

Моя Сладкая Любовь, я вижу, что, потеряв всякое уважение к Тебе, видя, что Тебя приговорили к смерти, солдаты хватают Тебя и, добавляя верёвки и цепи, связывают Тебя так туго, что Ты не можешь даже пошевелиться; и, толкая и волоча Тебя, они уводят Тебя из дворца Каиафы.

Толпы людей ждут Тебя – но некому защитить Тебя. И Ты, моё Божественное Солнце, оказавшись среди них, желаешь окутать их всех Своим Светом. И когда Ты делаешь первые шаги, желая заключить в Своих Шагах все шаги созданий, Ты молишься и исправляешь за тех, кто делает первые шаги, чтобы идти делать зло: одни идут – мстить, другие – красть, третьи – предавать, некоторые – даже убивать, и многое другое. О, как все эти грехи пронзают Твоё Сердце! И чтобы предотвратить всё это зло, Ты Молишься, Ты Искупаешь и Ты Предлагаешь как Жертву всего Себя.

Но, следуя за Тобой, я вижу, что по пути из дворца Каиафы Ты, моё Солнце, Иисус, встречаешь Прекрасную Марию, нашу Милую Маму. Ваши взгляды встречаются и проникают в сердце друг друга; и хотя Вы чувствуете облегчение, видя друг друга, у вас появляются новые скорби: для Тебя – это видеть Прекрасную Маму сокрушённой, бледной и окутанной трауром; а для Дорогой Мамы – видеть Тебя, Божественное Солнце, в полном затмении ужасного позора – плачущим и покрытым Кровью. Но Вам не дают слишком долго смотреть друг на друга, и с болью от того, что Вы не можете сказать друг другу ни слова, Ваши Сердца говорят всё; и слившись сердцами друг с другом, Вы перестаёте смотреть друг на друга, потому что солдаты всё дальше отталкивают Вас. Топча и пиная Тебя ногами, они волоком притащили Тебя к Пилату. Мой Иисус, я соединяюсь с Твоей пронзённой в самое сердце Мамой и следую за Тобой, чтобы слиться в Тебе вместе с Ней. А Ты подари мне Свой взгляд Любви и Благослови меня.

Размышления и практика

написанные Святым Ганнибалом Ди Франсия, духовным наставником Луизы Пиккарреты

Четырнадцатый Час (с 6 до 7 утра)

Иисус снова перед Каиафой, который подтверждает смертный приговор и отправляет Его к Пилату

Иисус выходит на свет дня и предстаёт перед Каиафой. С твёрдостью Он подтверждает ему, что Он – Сын Бога.

А когда мы выходим, позволяем ли Иисусу направлять нас? Является ли наше самообладание примером для других, а наши шаги – магнитами, притягивающими души вокруг Иисуса?

Вся Жизнь Иисуса есть непрекращающаяся мольба, призывающая к Себе души. Если мы сообразуемся с Его Волей, то есть если наши стопы призывают души, когда они идут, если наше сердцебиение, вторя Божественному Сердцебиению, вместе с ним и призывает души, и так во всём остальном, – когда мы действуем таким образом, мы формируем в себе саму Человечность Иисуса.

Поэтому каждый дополнительный призыв к душам, который мы издаём, является дополнительным сходством, которое мы получаем от нашего Иисуса. Всегда ли наша жизнь одинакова или мы меняем её к худшему в зависимости от обстоятельств, с которыми мы сталкиваемся?

Мой Иисус, Святость, не имеющая себе равных, веди меня, и пусть также мой облик отражает всю Твою Божественную жизнь.